Осень 1998-го года. Страшные дни в истории моей страны. И когда душа русского народа переполнялась гневом, я шла в магазин за картошкой. По пути замёрзла и решила зайти погреться к живушему тут Борису Гребенщикову.
Гребенщиков был не в духе. Он много курил, писал песни на скорую руку и не в попад медитировал. Видя как мой друг пребывает не в духе, я категорически его спросила: в чём дело, Борис? И он мне ответил, что расстроен и, чтобы не расстраиваться ещё больше, уедет в Лондон, а Лондон ему не нравится. Вот почему он был расстроен.
Делать нечего. Придётся сегодня обойтись без картошки. Перекусив быстренько у Бориса блинами с икрой, форелью и ананасами, я повела Гребенщикова к экстрасенсу, который бы снял с него порчу, которая была на нём без сомнений.
Экстрасенсу хватило мимолётного взгляда на Борю, чтобы всё понять. И он всё понял, потому что был профессионал. Гребенщикова посадил на табурет и стал совершать очищающие пассы. Он всё пассировал и пассировал до изнеможения, пока совершенно не устал.
Гребенщиков слишком мощная фигура и порча значит на нём была наимощнейшая. Экстрасенс открыл второе дыхание и запассировал с удвоенной силой, а потом с утроенной и больше, и ещё больше… в итоге в Гребенщикове создались завихрения, открывшие портал, из которого внезапно появился Дьявол и сообщил о своём намерении незамедлительно уничтожить мир.
Защищаясь от жара, исходившего от адского портала, я вся съёжилась, засунула руки в карманы, где нащупала плейер и сигареты. Шли последние минуты существования человечества и Гребенщикова.
Всё.
Умирая, мне удастся совершить ещё две прекрасные вещи: покурить и послушать песню группы Мумий Тролль «Карнавал».
Tags: осень 98-го, текст