Пишу очередной обзор из серии «Фанатское пелевинское». С другой стороны: мне давно хочется написать, что Пелевин есть дрянь, говно пишет, но он, сука такая, пишет охуительно; у меня с этого диссонанс когнитивный почти, мне тоже не легко.

А вот что — о российской филологической интеллигенции:
любое место, где эти говноеды проведут больше десяти минут, превращается в помойку истории. У этих властелинов слова не хватает яиц даже на то, чтобы честно описать наблюдаемую действительность, куда уж там осмыслить.

Однажды в передаче «Школа злословия» некий господин сказал, что Пелевин не писатель, а журналист. Господин тот хуйню сказал, конечно, хотя мыслил в правильном русле. Пелевин берёт действительность и выжимает из неё самый сок. И как тут можно говорить: плоха книга или хороша — что есть вокруг, то и получите. Талантливо, затейливо завёрнутое в сказку — Виктор Олегович писатель, а не Соловьёв.

ПВО уже давно не интересны газеты и телевизоры — с этими смями давно всё понятно:

цензура для кяфирских СМИ есть не клетка, куда их невозможно посадить, как бахвалятся язычники, а скелет, который из них невозможно вынуть.

Кажется, что луч внимания писателя направлен исключительно на происходящее в интернете с его Викиликсом как безцензурным источником информации и блогосферой как последним транслятором общественного мнения.

В тюрьму Скотенкова тоже никто не сажал. Просто во время конфликта с властями он был порой несдержан на язык и в результате получил условный срок за разжигание вражды и ненависти к социальной группе «ебучие пидарасы». Что поделаешь, если отечественные филологи полнее всего раскрывают себя именно в качестве уголовных экспертов.

Но вся эта поебень есть созерцание тени («Созерцатель тени» и «Отель хороших воплощений» самые мощные тексты, а не «Burning Bush» как пишут филологические интеллигенты) — Буш Путин Обама Медведев, Кали Родина-мать статуя свободы, ЦРУ ФСБ, аристократия российская элита оккультные секты, антисемитизм исламофобия славянофилия — всё однохуйственно. Всё остановилось и варится в собственном соку, где простые люди испытывают духовные озарения только под наркотой, политическая борьба и противостояния держав — бессмысленный пиздёж («Зенитные кодексы Аль-Эфесби»), самые-самые патриоты рожают в Европе или США, «чтобы их детям не пришлось всю жизнь жить в этой ёбаной стране по собачьему паспорту». В этом тухляке, где бляди купаются в ананасной воде, которую услужливо подать готовы почти все, не получается рождаться прекрасным дамам.

А хули (не путать с А Хули) нам остаётся? Принять правила игры биржевых игроков, чего-то как-то пожить и умереть?

Нет, — сказал ангел. — Мы просто перестанем отражаться в бутылке.

Надо, видимо, перестать любоваться на тени и отражения в чужих домах и чужих бутылках, копнуть поглубже — внутрь и наоборот, то есть в себя. Ибо в мире «и, в которую нет ни мира, ни войны», истинных ценностей искать более негде. И это ответ сразу на два вопроса: «чё Пелевин пишет об одном и том же?» и «каким хером к произведению относится Толстой?» — нам не с книги «Жёлтая стрела», а веками умные люди говорят одно и то же, а мы нихуя не всосём, а ведь ничего не изменилось за исключением того, что в войне появилась «@», а в мiре мир найти стало гораздо сложнее. И как сталинская духовность под видом масштабной «Розы мира» Андреева была искуственна и примитивна подобно креслу со встроенным динамиком, так и новая духовность типа гламур давно не смешна и вообще не интересна ни в каком ракурсе.

P.S. «Операция Burning Bush» самый интересный рассказ в смысле литературного мастерства. Хотела написать о примерной структуре и интересно обыгранной душевной организации главного героя, но мне уже лень. Просто обратите внимание.