Когда видишь такое название, кажется, что произведение должно быть чем-то таким великим, глобальным, до предела психозным и метафизическим. Ни фига.
Это древние евреи боялись геены огненной, жара была для них пугающей до смерти. Для викингов мир смерти — Хельхейм — мир холода.
Read the rest of this entry »
Нормальному-то человеку очень быстро надоедает, когда искусство назойливо угождает зрителю или слушателю. А ему бы не угождать, а волновать должно.
«Гастарбайтер» не угождает, но и не особо волнует. И может ли сильно волновать кухонная философия о понтующихся москвичах, не представляющих из себя на самом деле ни хрена интересного, о их отношении к понаехавшим, которые, по моему мнению, интересны настолько же (и их взаимная ненависть от этого очень смешна, хотя местами просто омерзительна), о толерантности, о геополитических проблемах.
Read the rest of this entry »
Кто-то говорил, будто Гришковца можно только слушать, слушать и восхищаться — читать его невозможно. Как человек, которому Гришковца слушать не нравится, потому как он мне кажется скучным, вообще, ни о чём, подумалось его почитать — может он откроется для меня с новой стороны, ведь любят человека, творчество его.
Read the rest of this entry »
Ты слишком много думаешь, говорит Марианна. И спрашивает, не кажется ли мне, что это мой порок.
Эрленд своим наивным «Супер» заставил меня написать то, чего мне не хотелось бы написать никогда — «читать обязательно». И сейчас он сделал тоже самое — вновь сподвиг на пошлятину: любовь вечна… нет, не так… любовь вне времени, любви все возрасты покорны и бла-бла-бла.
Read the rest of this entry »
«Наивно.Супер» был мною прочтён ещё несколько дней назад, но как обозреть эту книгу не приходило в голову до настоящего момента. Даже чтение рецензий (в большинстве своём восторженных) не помогло.
Кент спрашивает меня, чем я сейчас занимаюсь, и я говорю, что бросил
университет и занялся киданием об стенку мяча, потому что все потеряло вдруг
смысл.